Трудности перевода. Бельгийская семья пишет письма ребенку из Белоруссии
Posted by Viktoria on 13th Июль 2015
| 11 views

В Европе существует множество программ, которые позволяют детям из развивающихся стран приехать посмотреть на то, как живут люди в Старом Свете.

Недавно я узнала одну такую трогательную историю. С Йосом и Вильмой мы познакомились на выходные, они владеют небольшим кемпингом в Лимбурге.

Мы приехали в кемпинг в пятницу вечером, несмотря на позднее  время, хозяева нас встретили с полным радушием. Во дворе у них стоял пони и бегали козы.
Через какое-то время ко мне подошел хозяин.

— А ты из Польши?
— Нет, из Украины.
Услышав это, он с радостью спрашивает:

— По-русски чуть чуть можешь говорить?
— Хорошо могу…

Тогда он излагает мне суть своего вопроса. Оказывается их семья участвует в программе «Eurochild» для детей из неблагополучных семей из бывших советских республик. Два года подряд к ним приезжал ребенок из Белоруссии. Андрей проводил у них около 5 недель. Но, этим летом организация через которую они приглашали Андрея, заявила, что программу прикрывают т.к. на нее нет средств.

Но Йос и Вильма так хотели увидеть ребенка, что решили — финансы не помеха. Они готовы оплатить билет на самолет и визу Андрею. И хотели об этом сообщить.

Но! Им очень сложно это сделать, существует большая проблема общения. «Ни Андрей, ни его бабушка не говорят по-английски, когда он приезжает сюда он очень быстро хватает нидерландский и мы уже можем говорить. Но по телефону это невозможно. Интернета у него нет, чтобы написать email. Мы просто не можем с ним поговорить по телефону. Поэтому пришлось отправить обычное письмо. Мы нашли здесь переводчика, нам за 20 евро его перевели на русский — рассказывают они — Если бы ты могла позвонить и спросить, получил ли он письмо, и готов ли приехать. Ему нужно пойти с бабушкой в посольство и сделать визу».

Йос и Вильма рассказывают и о других технических проблемах. К примеру, что не знают, как передать билет на самолет. «Он живет в селе, не знаем, сможет ли он найти компьютер с принтером, чтобы распечатать билет. До Минска ему ехать пол часа, самому нельзя, а бабушке может тяжело будет».

Бельгийцы приносят фотоальбомы со снимками с каждого приезда Андрея. Фото с моря, парков аттракционов, свадьбы дочери. У семьи трое своих взрослых детей.

Через десять минут мы сидим в саду и набираем номер Андрея. Наши знакомые бельгийцы заметно волнуются. Вильма берет трубку первой. «Андрей, как дела? Привет» — с радостью говорит женщина на голландском. На этом их разговор заканчивается и она дает трубку мне.

— Ты получил письмо?
— Да, получил, но не знаю, смогу ли приехать. Бабушка говорит, что мало времени уже. За лето не успеем. Но я очень сильно хочу! Если успеем, то обязательно приеду. Даю трубку бабушке…

Бабушка сначала рассыпается в благодарностях бельгийцам за то, что они «показали Андрею мир». Но говорит, что, наверное, придется перенести поездку на следующий год.

— Понимаете, мы как узнали, что финансирование перекрыли расстроились очень и смирились. А потом получили это письмо, но сейчас это все время, получить визу, нам на это тоже деньги нужны, я со своей пенсии не смогу заплатить, то есть нам нужно еще время, чтобы они передали деньги. А лето уже почти заканчивается. А потом, как он один поедет? Наверное, его даже не выпустят…

Йос и Вильма соглашаются с аргументом про проблематичность пересечения границы. Теперь они собираются поехать за Андреем на машине в Белоруссию, чтобы привезти его в Бельгию. На рождественские каникулы.